— А как же…

Мод разорвала конверт и прочла письмо. Затем, положив в пепельницу, она подожгла его и не сводила глаз, пока листок не догорел.

— Надеюсь, никаких дурных вестей? — непринужденно спросил незнакомец.

— Вы невольно стали свидетелем разговора, из которого, несмотря нa все мои старания, услышали, вероятно, несколько слов…

— Могу вас уверить, что, насколько это от меня зависело…

— Замолчите, прошу вас!… Я не знаю, что вы за человек, но, по-моему, неплохой. Наверняка лишь отчаянное положение принудило вас прибегнуть к моей помощи. Ответьте взаимностью и не пытайтесь следить за мной, если я выйду…

— На этот счет можете не волноваться, — успокоил ее молодой человек, — ведь карантин продлится несколько недель, а за это время мы сумеем обсудить…

— Еще чего! Не воображаете ли вы, что останетесь здесь на время карантина?

— А куда же я денусь?

— Откуда я знаю?… Если у вас нет причин скрываться, можете просто выйти из комнаты.

— Есть у меня причина скрываться: мой отец хочет меня женить. Я собирался переплыть в лодке на Бали. Там на побережье живет один мой друг, и я раздобыл бы у него одежду.

— А где осталась ваша?

— Отец запер, чтобы я не смог сбежать. Утром должна была состояться свадьба, и только перед самым ее началом я получил бы фрак. Ну, а я ночью выбрался в окно и в одной пижаме отправился на Бали. Шквал выбросил лодку на берег возле вашего отеля, я влез сюда, и с тех пор стал вашим узником.

Лицо Мод немного прояснилось, и она уже дружелюбнее проговорила:

— Все это ужасно трагично или ужасно смешно — с какой стороны смотреть. Тем не менее вам придется смириться: карантин вынуждает вас прекратить борьбу. Вы не можете неделями прятаться здесь в пижаме.

— Но что я отвечу, если меня спросят: как я очутился здесь в таком облегченном костюме?

— Выдумайте какое-нибудь галантное приключение или что хотите…

— Что ж, хорошо. Я ухожу. Благодарю за бессердечный прием… Вы мне даже поесть не дали. Это факт — и от него никуда не уйдешь.